Язык новой жизни. Как восприняли революцию 1917 года русские писатели?

Не случись революции, наша литература сильно обеднела бы?

Язык новой жизни. Как восприняли революцию 1917 года русские писатели?Алексей Варламов, писатель, исследователь истории русской литературы ХХ в., ректор итературного института им. Горького

- Любое заметное произведение - в литературе русского ли зарубежья или советской - так или иначе отзывается революцией. Октябрь 1917-го фактически создал ту картину мира, в которой мы жили в ХХ в. и продолжаем жить в XXI. И «Мастер и Маргарита», и «Доктор Живаго», и рассказы Шаламова, и проза Распутина, Астафьева, Белова, Трифонова, Шукшина, Леонида Бородина - всё это генетически связано с революцией.

Кто за, а кто против?

Один из ярчайших примеров - Алексей Николаевич Толстой, который очень точно сказал сам про себя: если бы не Октябрьская революция, его ждала бы участь беллетриста средней руки. А Октябрь 1917-го дал ему тему русского пути. Толстой был одним из тех писателей, кто по-настоящему глубоко осмыслил революцию. 

Первая часть трилогии «Хождение по мукам» писалась в эмиграции. Про неё очень сложно сказать, создавалась ли она за революцию или против, - не в этом дело. В любом случае она была за Россию. Это очень глубинное, патриотическое произведение, проникнутое верой в то, что в любых передрягах Россия выстоит, уцелеет. Один из героев - инженер Иван Ильич Телегин - произносит замечательные слова: «Уезд от нас останется - и оттуда пойдёт Русская земля». 

Мощнейший импульс революция дала поэзии. Октябрьские события способствовали развитию нового языка - не только поэтического, но и вообще литературного.

Писатели, работавшие в Советской России, революцию, её характер, её последствия описывали по-разному: сравните романы и повести Бориса Пильняка, Исаака Бабеля, Александра Фадеева, Всеволода Иванова, Константина Федина, Михаила Шолохова. Однако для меня самый крупный писатель, который писал на революционные темы и который, возможно, глубже других понял смысл происходящего в России, - это Андрей Платонов.

Вот уж кого советская власть била! И кто, несмотря ни на что, любил революцию, как бы драматично ни складывались при этом отношения Платонова с советской действительностью. И один из самых величайших русских романов о революции - это роман «Чевенгур». Нигде так глубоко не поняты замысел революции и несоответствие замысла и исполнения, как в «Чевенгуре». В нём чувствуется огромная любовь к людям, которые эту революцию сделали, которые в неё верили, притом что дела их были ужасны. Это поразительное противоречие - дела ужасны, но души прекрасны - Платонов очень точно выразил. Он нашёл тот особый язык, с помощью которого это электрическое напряжение можно было передать. 

Были в Советской России и писатели, которые революцию не принимали. Самая важная фигура среди них - Михаил Булгаков. И в «Белой гвардии», и в «Роковых яйцах», и в «Собачьем сердце» совершенно иное восприятие произошедшего. Если же говорить о тех, кто, не приняв Октябрьского переворота, эмигрировал, то здесь на первый план выходит Иван Бунин. Невероятно резкое неприятие революции, которое выражено и в его дневниках, и в его «Окаянных днях» - квинтэссенция антиреволюционного литературного текста. Но всё это русская литература, русское слово!

Что это: катастрофа или рождение нового?

Что интересно, Алексей Тол­стой и Иван Бунин до определённого момента были друзьями, единомышленниками. Они оба покидают Советскую Россию, преисполненные ненависти к революции, большевикам. Но Бунин так и остаётся во Франции, а Алексей Толстой в 1923 г. возвращается на родину и становится советским классиком. 

Причины, по которым Бунин остался на Западе, а Толстой вернулся, очень интересные. Они показывают разницу в отношении русских писателей (и стоящих за ними русских читателей да и всех русских людей), которые Октябрь либо принимали, либо не принимали.

Для Бунина революция не просто кошмар - катастрофа. Для него революция - это торжество хищного, звериного, окаянного начала, которое Бунин видел в народе. Всё, что последовало после революции, с точки зрения Бунина, было чудовищно. Для него Красная Россия, Советская Россия - оксюморон, сочетание несочетаемого, то, чего не может быть. Если Советская - то не Россия. И миссия русской эмиграции - это сохранить Россию подлинную, Россию в изгнании. 

А Алексей Толстой считал оксюмороном заявление, что Россия кончилась. Куда она кончилась? Никуда не кончилась! Земля, люди, которые здесь живут, - это и есть Россия. На этом этапе пути она советская, потом будет какой-то другой путь... Толстой, как и Шолохов, как и Леонов, не мыслил себя вне этого пути, вне своего народа, своей страны, вне её судьбы. И трагедию, которая случилась с его народом, он также переживал как свою. В «Тихом Доне» у Шолохова есть потрясающие слова, которые очень точно передают отношение писателя к революции: «В годину смуты и разврата не осудите, братья, брата». Он воспринимал Гражданскую войну как страшную трагедию, из которой тем не менее надо найти выход. И если Бунин был уверен, что выходом должно стать неприятие происходящего в России, то для Шолохова это невозможно - не принимать того, что происходит с твоей родной страной.

Ваше Слово

Долгожданное средство для лечения сахарного диабета

Немецкие ученые подобрали уникальный состав лекарственных растений который стимулирует синтез инсулина в бета-клетках поджелудочной железы. Сертификат качества ФРГ, и России.

 

Поделитесь с друзьями!

Ваше слово

Please enter your comment!
Please enter your name here