По масштабу преступной деятельности бывший чекист уступал профессиональным уголовникам. Но значительно превосходил их всех в артистизме, удачливости и дерзкой смелости.

95 лет назад, 13 февраля 1923 г. в петроградской вечерней «Красной газете» появилось сообщение: «В ночь с 12 на 13 февраля ударной группой по борьбе с бандитизмом при губернском отделе ГПУ с участием уголовного розыска после долгих поисков пойман известный бандит, прославившийся за последнее время своими зверскими убийствами и налётами Леонид Пантёлкин по кличке ЛЁНЬКА ПАНТЕЛЕЕВ. При аресте Лёнька оказал отчаянное вооружённое сопротивление, во время которого он УБИТ».

Заметка была набрана именно так – прозвище знаменитого преступника и факт его смерти выделили прописными буквами, или, как теперь бы сказали, капслоком. Тем самым подчеркнув значимость фигуры покойного, которого многие признавали, да и сейчас признают главной легендой питерского преступного мира.

1. Леонид Пантёлкин родился в городе Тихвин нынешней Ленинградской области в 1902 г. Учился в начальной школе, а затем на курсах, получив весьма престижную профессию печатника-наборщика. Работал в газете «Копейка». В неполные 17 лет, ещё не достигнув призывного возраста, пошёл добровольцем в Красную Армию. Очень быстро дослужился до должности командира пулемётного взвода. Участвовал в боях с армией Юденича и с белоэстонцами. Настоящий герой Гражданской войны – пусть и не из великих.

2. В 1921 – 1922 гг. был сотрудником ВЧК, о чём свидетельствует «Личное дело № 119135 на Пантёлкина Леонида Ивановича». Был уволен по сокращению штатов. Истинная причина увольнения храброго и энергичного двадцатилетнего сотрудника не вполне ясна до сих пор. Согласно самой распространённой версии, был оборотнем – во время обысков часто присваивал вещи подозреваемых. Согласно другим данным, уволен по идейным соображениям – будучи радикально левым, отрицательно относился к новой экономической политике Советского государства.

3. Зачем и почему он взял себе кличку «Лёнька Пантелеев» — тоже ясно не вполне. Тем более что дебютировал он с другим прозвищем – «Фартовый». Оно соответствовало правде, но только отчасти. По масштабу деятельности, по количеству грабежей, разбоев и налётов, а также по составу банды он здорово уступал профессиональным преступникам. Например, банде Ваньки Белки (Ивана Белова), которая действовала в Петрограде в 1919-1921 гг. У того в группировке насчитывалось более 50 человек, которые совершали до 200 налётов в год. Наиболее результативные периоды «работы» банды Лёньки Пантелеева, состоявшей из 10 человек, куда скромнее – за последние три месяца деятельности «всего лишь» 10 убийств, 15 налётов, 20 уличных грабежей.

4. Состав «ядра» банды впечатляет. Во главе – сам Лёнька, бывший чекист. Правая рука главаря – его тёзка, Леонид Басс. И тоже бывший чекист, сослуживец Пантелеева. Кроме них – бывший комиссар батальона Варшулевич, а также член РКП (б) Гавриков. Профессиональные уголовники в меньшинстве – их только двое. Александр «Сашка-пан» Рейнтоп и Михаил «Мишка Корявый» Лисенков. К чести «золотого состава» банды надо сказать, что оружие они применяли крайне редко и убийств поначалу избегали. Брали тщательной подготовкой, нахрапом и театральностью. Переодевались в кожаные куртки сотрудников ГПУ или в форму балтийских матросов.

5. Самые громкие налёты и грабежи, сделавшие «Фартовому» славу и ураганную прессу, касались только «недорезанных буржуев» — нэпманов, адвокатов, частных врачей. Обыватели могли спать спокойно. Более того – Пантелеев после удачных налётов часто являлся к беспризорникам и выделял им некоторые суммы «на пропитание и курево». Известно несколько случаев, когда петроградские вузы, например, Университет или Технологический институт, получали от него по почте денежные переводы с припиской: «Прилагая сто червонцев, прошу распределить оные среди наиболее нуждающихся студентов. С почтением к наукам, Леонид Пантелеев».

6. Артистизм и презрение к сотрудникам уголовного розыска достигали у Пантелеева заоблачных высот. Он завёл себе дорогую визитную карточку, которую оставлял на месте преступления. Надпись на карточке гласила: «Леонид Пантелеев, свободный художник-грабитель». Оборотная сторона визитки иногда оставалась пустой, но иногда на ней красовалось, например, такое: «Работникам уголовного розыска с дружеским приветом. Леонид». Когда его всё-таки удалось поймать и судить, вместо покаянной речи или более-менее приличного последнего слова Пантелеев сказал: «Граждане судьи, к чему весь этот балаган? Всё равно я скоро сбегу».

7. Удачных побегов из знаменитой питерской тюрьмы «Кресты» известно всего лишь пять. Счёт открыл как раз Лёнька Пантелеев. Причём сделал это аккурат в годовщину основания Советской милиции – в ночь с 10 на 11 ноября 1922 г. И как раз после оглашения приговора. Схема была проста и остроумна. Подкупленный надзиратель гасит электричество на этаже и открывает камеру №196, где сидел Лёнька, а также камеры, где сидели его подельники – Рейнтоп, Гавриков и Лисенков. Лёнька надевает форменную шинель надзирателя и «конвоирует» своих дружков по корпусу и по двору – к пологой поленнице, очень кстати сложенной у самого забора. Дальше – воля и новая серия налётов.

Объявление, извещающее жителей Петрограда о смерти Лёньки Пантелеева.

Объявление, извещающее жителей Петрограда о смерти Лёньки Пантелеева. Фото:

«Ваше Слово»

Ваше слово

Please enter your comment!
Please enter your name here