Первый канал показывает сериал «Садовое кольцо» — рассказ о судьбе семьи, живущей в самом центре Москвы. «Ваше Слово» поговорил с продюсером фильма Валерием Тодоровским о ностальгии на телевидении и о дорогом будущем.

Игорь Карев, «АиФ»: — Первые серии оставили у меня странное послевкусие. Словно «Богатые тоже плачут» смешали с каким-то детективом и добавили «Секс в большом городе». А вы сами как определили жанр сериала?

Валерий Тодоровский: Наш фильм не имеет отношения ни к «Богатым…», ни к «Сексу в большом городе». Это скорее социальный триллер, история исчезновения и поисков человека. Триллер — потому что в фильме есть криминальная составляющая. А социальный — это то, что вы подразумеваете под словом «богатые». Это наша с режиссёром попытка заглянуть в современный российский средний класс, увидеть, как эти люди живут, как устроен их мир.

Герои сериала — люди, которые уже добились в жизни некоего статуса, но они не относятся к категории зажравшихся богачей. Им приходится вертеться, чтобы поддерживать тот уровень жизни, который у них есть. То есть речь не об олигархах, а о среднеобеспеченных гражданах.

— Для вас Садовое кольцо — такое же устоявшееся понятие, как и Рублёвка?

— Для москвичей Садовое кольцо как географическое понятие имеет совершенно определённое значение: мы понимаем, что жить внутри этого кольца престижно. Есть и такое выражение: «Не видеть ничего дальше Садового кольца». Так описывают людей, которые не очень интересуются миром вокруг, только собой и своей тусовкой. А иногда говорят: «Выгляните за своё Садовое кольцо», когда призывают кого-то посмотреть, что вообще происходит в стране.

— Через ваши последние проекты — режиссёрские или продюсерские — едва ли не красной нитью проходит тема ностальгии. Откуда взялась мода на ностальгическое ретро? После «Оттепели» вовсю начали проводить аналогии между 1960-ми и началом 2010-х. Сейчас интерес поугас или люди всё ещё ищут ответы в п­рошлом? 

— Знаете, когда я снимал «Оттепель», у меня не было ощущения, что я иду в русле какой-либо моды. Может, после выхода сериала мода на 60-е и возникла — согласитесь, это большая разница. Но вообще если судить по количеству сериалов, то у нас уже лет десять или даже больше существует мода на фильмы про войну, про 1940-е гг. Есть мода и на 1950-е, ведь выходят всякие ретроистории про певиц и певцов — про Людмилу Зыкину или Валерия Ободзинского. Но хочу вас успокоить: никакой моды на ретро нет. Просто телевидение стремительно осваивает наше прошлое. Почему стремительно? Потому что мы в течение 50 лет ничего про прошлое не снимали. А сейчас всё стало можно, и люди начали быстро снимать про 40-е, 50-е, про артистов, про певиц — про что угодно. Качество, конечно, не всегда оказывается на должном уровне, но дальше всё утрясётся, успокоится, и через некоторое время прошлое начнут показывать более качественно.

— А почему почти никто не пытается заглянуть в будущее? Снять фантастический сериал о том, что нас ждёт?

— А вы принесите чемодан денег — вам заглянут и в будущее. Вы представляете, сколько может стоить реконструкция будущего? 

— Представляю.

— Вот это и есть ответ на ваш вопрос.

— То есть всё упирается только в деньги?

— Нет, конечно. Как всегда, всё упирается во много-много причин. Но фантастика сама по себе очень дорогой жанр. Ведь нужно построить мир, которого не существует. Сейчас сложно даже про 40-е гг. снимать — всё вокруг сильно изменилось. Но при желании можно найти похожую натуру. А в фантастике нужно создавать всё с нуля. Это очень дорого.

«Ваше Слово»

Ваше слово

Please enter your comment!
Please enter your name here