Ткать, чтобы жить

Мария Кудакова

Село Алексеевка находится в десяти минутах езды от Темникова — старейшего города Мордовии, основанного в 1536 году, и недалеко от границы с Нижегородской областью. Известно оно тем, что здесь было имение адмирала Федора Ушакова (в советское время в честь флотоводца назвали даже местный колхоз). Рядом с Алексеевкой — роща с реликтовыми соснами, которые, по легенде, запретил вырубать сам Петр I, и Санаксарский монастырь, куда ежегодно съезжаются тысячи паломников. Местные жители говорят, что земля здесь особенная — в Алексеевку приезжают жить даже из Иркутска и Братска.

Из окрестных сел, а также из Темникова и Саранска в Алексеевку едут и за изделиями мастерицы Марии Дмитриевны Кудаковой. Ей 83 года, большую часть жизни она занимается ткацким ремеслом. «Во многих дома в округе до сих пор лежат вытканные мною половики, хотя им уже по 20–25 лет», — смеется она.

Детство и война

Мария Кудакова родилась в селе Веденяпино Теньгушевского района Мордовии в 1934 году. Когда началась Великая Отечественная война, ей было шесть лет. «Перед войной наш дом сгорел. Бабушкины братья — все хорошие плотники, помогли отцу срубить и поставить новый. Только закрыли крышу, как началась война», — рассказывает Мария Дмитриевна.

«Я помню только, как отец уходил на войну — под гармонь песни пел, он и певец, и плясун был хороший. Больше я его не видела. Потом пришла бумага, что он пропал без вести в Белоруссии», — рассказывает Кудакова.

Так маленькая Маша осталась втроем с мамой и бабушкой. Ткать она научилась у них — в Веденяпино делать это умели немногие, и тканая одежда и половики в округе очень ценились. «Я была пронырой — хотела все знать. Мама с бабушкой ткали — и я вместе с ними. Когда подросла — стала самостоятельно уже этим заниматься», — говорит собеседница.

С тех пор, где бы Мария Кудакова ни работала — ездила ли на заготовки торфа или работала на целине — она старалась выкраивать время на то, чтобы соткать что-нибудь. «Тут нужно большое внимание, терпение и спокойствие. Если этого не будет, можно напутать запросто, и не разберешься потом», — говорит она.

По ее словам, первое и самое сложное в этом деле — правильно сновать. Это означает подготовить основу для дальнейшей работы, разделив нити на четные и нечетные, затем навить их на навой — своего рода большую катушку, потом вставить нить в неченки (петля в ткацком станке для подъема нитей основы), чтобы она не перекрестилась, а дальше пропустить нити через бердо, похожее на большой гребень. «Когда все это сделаешь правильно, то легко — любой сядет и будет работать», — говорит Мария Дмитриевна.

«Продам половики — куплю мешок муки»

После войны Мария Кудакова переехала в Алексеевку, где встретила будущего мужа Александра. Их матери дружили между собой и решили сосватать детей. «Тогда всех, у кого детей не было, на лесоповал гнали. Мама мне и говорит: «Ты еще такая молодая, а уже на лесоповал». Так и просватали», — рассказывает она.

Вскоре после свадьбы молодые уехали в Челябинск, где у Александра жил брат. Глава семьи работал шофером, а Мария устроилась в погрузочно-разгрузочное бюро. Работа была тяжелой: приходилось разгружать вагоны, зачастую с цементом. «Он горячий приходит, под 120 градусов, если на кожу попадет — сразу сварит. Поэтому работали в рукавицах, комбинезонах и валенках даже летом, — вспоминает она и смеется: Я тогда такой сильной была».

В Челябинске в семье родились четыре девочки. Спустя пять лет тяжелой жизни было решено переехать в Казахстан, где начиналось освоение целинных земель. Здесь у Кудаковых появился собственный дом. Мария Дмитриевна работала дояркой в колхозе, а в пустующие комнаты пускала квартирантов.

«Одной из них была девушка из Белоруссии. Как-то раз я ей сказала, что неплохо было бы в доме половики постелить. А она ответила: «А давай ткацкий станок сколотим вместе, остальное сделаем». Так сами и сделали, и наткали себе на нем половиков — по 10 метров каждая», — вспоминает собеседница.

В Казахстане семья уже с пятью детьми прожила пять лет. Потом Кудаковы решили возвращаться в родную Мордовию. В 1972 году Мария и Александр купили в Алексеевке дом, здесь на свет появились еще восемь их детей. Именно тогда умение ткать Марии Дмитриевне особенно пригодилось. 

«Жить нечем было: семья большая, продам половики — куплю мешок муки или куль макарон. Питались просто, но не голодали. Детей надо было и прокормить, и что-то им купить, и за скотиной смотреть. Но у меня получалось, слава богу», — говорит мастерица.

Сон за ткацким станком

Сначала вытканные Марией Кудаковой вещи покупали соседи, потом за ними стали ездить из Темникова и даже из Саранска. «Мне не нравились узкие половики, я их делала вдвое шире и в длину до пяти метров. Сначала они были простые, а потом увидела где-то рисунок и решила повторить. Из покупателей очередь была, ведь у всех есть дом, поэтому брали половики иногда на всю комнату — метров по 15 или 20. У многих они до сих пор сохранились, ведь их постирал, щеткой потер, на забор повесил, вода стекла и они опять чистые», — говорит Мария Дмитриевна.

Для своего дома Мария Кудакова выткала и накидки для кресел, и даже настенные ковры. Если половик можно соткать за несколько часов, то на один такой ковер уходит месяц работы.

Из-за того, что заказов было очень много, нередко приходилось спать по три часа, иногда — прямо за станком. Одна из младших дочерей Марии Дмитриевны — Елена — вспоминает, как она и ее сестры сами засыпали под стук ткацкого станка. «Мы как могли маме помогали: одни тряпки режут, другие нити мотают — работа была всем», — говорит она.

Сейчас 12 детей Марии Кудаковой (одна из ее дочерей умерла в 16-летнем возрасте) живут по всей стране и за ее пределами: шестеро — в Иваново, четверо — в Мордовии, одна дочь — в Рязани, и еще одна — в Украине. Вместе с мастерицей живет ее внучка. Привить любовь к ткачеству удалось лишь дочери Валентине, которая больше 40 лет проработала на фабрике в Иваново ткачихой. «Когда она приезжает, то помогает мне сновать, а то сама я уже путаюсь в нитях, — рассказывает Мария Дмитриевна.

Нитки — главная проблема, которая мешает ей сидеть за станком так часто, как хотелось бы. Для работы нужны самые прочные — «десятка» — но достать их в Темникове невозможно, приходится заказывать и ждать, пока сын привезет из Иваново. Поэтому с началом весны Мария Кудакова на время разобрала станок.

«Если я ниток достану, а Валентина приедет в мае, наснует мне, я снова его поставлю и начну. Скучаю я уже без этого дела», — говорит она.

«Ваше Слово»: «Ваше Слово»

Ваше слово

Please enter your comment!
Please enter your name here