200 лет назад, 29 апреля 1818 г., в 3-ий день Пасхальной недели, в 11 часов утра Московский Кремль сотряс пушечный выстрел. Стране и народу возвестили о рождении младенца царской крови, которому будет суждено стать русским императором Александром II.

Чем он был уникален?

Будущий император появился на свет в Николаевском дворце Кремля, став единственным в ХIХ в. уроженцем Москвы на русском престоле. Не менее примечателен и тот факт, что к власти Александр пришёл спокойно — его воцарение не сопровождалось ни бунтом, ни переворотом, ни убийст­вом предшественника. Для династии Романовых это скорее исключение, чем правило.

Наконец, он стал одним из немногих наследников престола, чьим воспитанием, обучением и подготовкой к конкретной роли лучшие силы страны занимались последовательно и целенаправленно. Наследником маленький Александр стал в 7 лет, а на престол взошёл в 37. Его подготовка к «работе царём» заняла 30 лет, так что к царствованию он был подготовлен не в пример прочим. Из него должен был получиться идеальный Император Всероссийский. Как минимум на уровне Петра I.

В общем, так оно и вышло — с формальной точки зрения. В нашей истории действительно есть два безусловных царя-реформатора — Пётр I и Александр II. Вот только их деяния проходят под разными формулировками: «Реформы Петра Великого» и «Великие реформы Александра». Заметили разницу? Получившему блестящее профильное образование монарху, во многом преобразившему облик России, в личном величии отказано наотрез.

Как над ним смеялись?

Современники государя, кстати, весьма точно подмечали этот момент. Вот какую характеристику дал Александру II князь Пётр Долгоруков: «Желает, чтобы все повторяли, что он — второй Пётр Великий. А между тем умных людей не только, подобно Петру, не отыскивает, но ещё не любит их и боится. Ему с умными людьми неловко».

Те самые «великие реформы» (см. инфографику), которых так ждали и которые объективно изменили жизнь всех сословий империи к лучшему, вызывали сплошное недовольство. Их считали то неполными, то неправильными. И каждый из критиков полагал, что уж он-то на месте Александра сделал бы всё гораздо лучше. Более скромные преобразования, нацеленные на облегчение повседневной жизни и быта, и вовсе сопровождались шквалом насмешек и ёрничанья. Скажем, когда царь, будучи сам заядлым курильщиком, разрешил розничную продажу раскурочного табака и папиросок, а в 1865 г. дозволил курить на улицах, в моду вошли салонные разговорчики на тему: «В великих делах за Петром угнаться не под силу, так хоть по мелочи навёрстывает, с табачком». А когда в 1874 г. Александр, следуя мировой моде, разрешил ношение бород, раздался восторженный вой общественности: «Царь Пётр боярам бороды рубил, а его потомок всё прахом пустил!»

Реформы и проблемы. Почему Александр II не хотел быть царём?

 

Почему он стал таким?

Принято считать, что Александр II не был уверен в себе и толком не знал, чего именно хочет. Отчасти это действительно так. Скажем, в 1856 г. он заявил: «Слухи носятся, что я хочу объявить освобождение крепостного состояния. Это несправедливо». Странно слышать это от того, чьей основной заслугой является как раз отмена крепостного права. 

Корни этой нерешительности государя находят в его детстве. «Прелестный ребёночек, беленький, пухленький, он улыбался уже через шесть недель», — так мать описывает счастливое младенчество своего первенца. «Саша горько плакал перед троном, на котором он когда-нибудь будет коронован», — это снова она, но восемью годами позже. Что заставило жизнерадостного малыша так перемениться? 

Вот что писала графиня фон Медем: «Николай Павлович объявил, что желает похвастаться своим сыном… Он разбудил спящего ребёнка, вынул его из кроватки, поставил на пол, взял огромный барабан и под звуки выбиваемого марша заставил сына маршировать, утверждая, что солдат должен быть готов во всякое время». Саше тогда было три годика. Немудрено, что впоследствии он ничего хорошего от «долга самодержца» не ждал, царём быть не хотел, на государственные дела взирал как на обузу и занимался ими с неохотой. 

Чего он хотел?

Отец Александра следил за занятиями наследника и, узнав, что ему дано задание проанализировать события на Сенат­ской площади 14 декабря 1825 г., спросил, имея в виду декабристов: «Саша, как бы ты наказал их?» Ответ был обескураживающим: «Я бы их отпустил». Став царём, Александр действительно отпустил тех декабристов, кто ещё отбывал ссылку. В этом люди видели либо человеколюбие, либо безмерную милость. На деле же чувства императора были иными.

Граф Фёдор Ростопчин говорил о декабристах: «Обычно революцию делают сапожники, чтобы стать господами, а у нас господа захотели сделаться сапожниками». Похожее желание испытывал и Александр II. Нет, до сапожника дело не дошло, но вот перестать быть государем, то есть «самым главным господином», стало главной его мечтой. При живой супруге государь завёл не просто фаворитку, а фактически вторую семью. Овдовев, он моментально женился на своей избраннице княжне Екатерине Долгоруковой. И в кругу новой семьи часто строил планы отречения от престола и отъезда в Европу. В самом начале 1881 г. обсуждались даже конкретные сроки — отречение должно было состояться либо через полгода, либо через год. Однако в марте того же года император, мечтавший о спокойной жизни частного лица, был убит революционерами-террористами.

Источник

Поделитесь с друзьями!

Ваше слово

Please enter your comment!
Please enter your name here