29 января 1918 года произошло столкновение отряда большевиков и сторонников Центральной Рады, известное как бой под Крутами.

История в разных частях земного шара протекает неравномерно. По этой причине одни государства столетиями переживают масштабные катаклизмы в виде войн и революций, насыщая ими свой исторический путь. Другие, удаленные от главных мировых ристалищ, живут без особенных потрясений, довольствуясь провинциальным спокойствием.

Но часто державы, которые в силу своего недавнего или искусственного происхождения не довольствуются реальной историей, отчаянно сочиняют и пропагандируют мифы, призванные создать «новую» историю, в соответствии с политическими воззрениями правящих классов.

«Ваше Слово» о реальной истории современной Украины писал неоднократно. Украина, в своих нынешних границах возникшая благодаря усилиям ныне проклинаемых в Киеве Российской империи и Советского Союза, сегодня пытается доказать, что имеет совершенно иные исторические корни.

Очень «крутая» история

29 января на Украине ежегодно с помпой отмечается годовщина боя под Крутами.

Согласно современной украинской историографии, в 1918 году украинские юноши, не имевшие особой военной подготовки, встали на пути у «большевистских полчищ», и в течение пяти часов героически сдерживали их продвижение к Киеву.

От 400 до 600 студентов, гимназистов и юнкеров, верных Украинской Народной республике, остановили отряд большевиков численностью от 3000 до 6000 человек. При этом потери большевиков под Крутами оцениваются в несколько сотен человек.

«Раскрутка» этого исторического сюжета на Украине происходила в период революции и Гражданской войны, до момента утверждения советской власти, а также после 1991 года, после создания независимой Украины. Особенно яростно бой под Крутами стали превозносить в период правления президента Виктора Ющенко, и с тех пор уже не останавливались.

Любопытно, что большинство неукраинских историков, как российских, так и зарубежных, работающих над периодом Гражданской войны, бой под Крутами никогда особенно не выделяли в силу его малозначительности.

Но украинские товарищи настолько последовательно продвигают недавно созданный миф, что привлекают к нему тщательное внимание. А при изучении этого вопроса камня на камне от ныне пропагандируемой Украиной картине сражения не остается. 

Что же произошло под Крутами 29 января 1918 года?

Как рождалась «незалежность»

Но сначала вернемся назад, в весну 1917 года. Когда в Петрограде произошла Февральская революция, пользуясь сумятицей, местные власти и активисты в разных частях бывшей империи стали пытаться создать «свое маленькое государство». Где-то они идеологически опирались на локальное «право на самоуправление», но наиболее активно использовался «национальный вопрос» — даже в регионах, ранее никогда не представлявших собой самостоятельных государств.

В Киеве была создана Центральная Рада (Центральный Совет), взявшая на себя функции сначала представительного органа украинских политических, общественных, культурных и профессиональных организаций, а затем и высшего законодательного органа. В июне 1917 года Рада провозгласила национально-территориальную автономию Украины в составе России. Временное правительство в Петрограде, занятое другими проблемами, ограничилось лишь тем, что допустило возможность создания украинской автономии.

Октябрьская революция в Петрограде вызвала у Центральной Рады невероятный прилив эмоций, на котором ее деятели объявили о распространении своей власти на Херсонскую, Екатеринославскую, Харьковскую, Холмскую и частично Таврическую, Курскую и Воронежскую губернии.

Председатель Рады, историк Михаил Грушевский, посчитал, что в данный момент есть отличный шанс создать независимую Украину, при этом прибрав к рукам даже те земли, которые сами себя никогда не считали Украиной.

20 ноября так называемая Малая Рада приняла Третий Универсал, в котором провозглашалось создание Украинской Народной Республики в федеративной связи с Российской республикой. При этом особо подчеркивалось, что окончательное формирование границ должно произойти в соответствии с «волей народа».

Правительств много не бывает?

Все это звучит громко и пафосно, если не знать, что власть и влияние Рады на тот момент было весьма ограниченным даже в Киеве. В нынешней столице Украины преобладало русскоязычное население, которое на все инициативы по созданию украинской державы смотрело с подозрением.

А уже к январю 1918 года на территории, на которую претендовала Рада, действовали не менее пяти правительств: помимо Рады, это большевистский Совнарком Донецко-Криворожской республики в Харькове, и там же ЦИК Советской Украины, Советы депутатов Одесской и Таврической республик.

Прибавьте сюда местных атаманов, формирующиеся отряды белогвардейцев и так далее — властей было много, а порядка мало.

Да и в самом Киеве действовали Советы рабочих депутатов, ориентированные на большевиков.

Ко всему прочему и Центральная Рала была неоднородным явлением, где радикальные националисты составляли меньшинство. Михаил Грушевский и Владимир Винниченко, лидеры Рады, являлись социалистами, и на первых порах большевики в Петрограде рассчитывали найти с ними общий язык.

Михаил Грушевский (слева) и Владимир Винниченко.

Михаил Грушевский (слева) и Владимир Винниченко. Фото:

Вооруженные силы: виртуальные и реальные

Но когда стало ясно, что компромисс невозможен, а Центральная Рада вступила в союзнические отношение с поднявшим мятеж на Дону атаманом Калединым, большевики приступили к созданию параллельных структур в Харькове.

В период Гражданской войны определяющим фактором, который делал ту или иную власть реальной, а не фиктивной, было наличие у нее вооруженной силы. Рада в начале своей деятельности полагала, что новой украинской армией может стать бывший Юго-Западный фронт, насчитывавший три миллиона штыков.

Но после февраля 1917 года из армии началось масштабное дезертирство. Некоторые части успели провозгласить украинскими, но из них солдаты уходили так же, как и из других. К началу 1918 года Рада теоретически могла рассчитывать на 15-20 тысяч бойцов. Однако и эти формирования были дезорганизованы

Михаил Муравьёв.

Михаил Муравьёв. Фото:

Когда в январе 1918 года большевистский отряд по борьбе с контрреволюцией под предводительством эсера Михаила Муравьева двинулся на Киев, оказалось, что и этих тысяч у Рады нет.

В конце января 1918 года в Киеве на заводе «Арсенал» началось восстание сторонников Советской власти. На подавление его Рада бросила все имеющиеся силы — около 3000 человек, включая отряд печально известного Симона Петлюры.

Кровопролитные бои в Киеве продолжались до 4 февраля, и закончились победой Рады, а также расстрелом около 300 участников восстания.

Но это произойдет несколько дней спустя, а в последних числах января посылать навстречу отряду Муравьева Раде было решительно некого.

«Несчастную молодёжь довезли до станции Круты и высадили на «позиции»

Бывший председатель генерального секретариата Центральной Рады Дмитрий Дорошенко в своих воспоминаниях был предельно откровенен: «Когда со стороны Бахмача и Чернигова двинулись на Киев большевистские эшелоны, правительство не могло послать для отпора ни единой воинской части. Тогда собрали наскоро отряд из студентов и гимназистов старших классов и бросили их — буквально на убой — навстречу прекрасно вооружённым и многочисленным силам большевиков. Несчастную молодёжь довезли до станции Круты и высадили здесь на «позиции».

Украинский историк Ярослав Тинченко пишет, что в бою под Крутами участвовали 420 человек: 250 офицеров и юнкеров 1-й Украинской военной школы, 118 студентов и гимназистов из 1-й сотни Студенческого куреня, около 50 местных вольных казаков — офицеров и добровольцев. 

29 января 1918 года они заняли позиции на железнодорожной станции в районе села Круты (130 км к северо-востоку от Киева, 18 км восточнее Нежина).

Аверкий Гончаренко.

Аверкий Гончаренко. Фото:

Возглавлял этот отряд Аверкий Гончаренко, бывший преподаватель Киевской школы прапорщиков, решивший, что сделает блистательную карьеру в новой украинской армии.

Как же Гончаренко руководил сражением под Крутами? Слово уже упоминавшемуся Дмитрию Дорошенко: «В то время, когда юноши (в большинстве никогда не державшие в руках ружья) бесстрашно выступили против надвигавшихся большевистских отрядов, начальство их, группа офицеров, осталась в поезде и устроила здесь попойку в вагонах; большевики без труда разбили отряд молодёжи и погнали его к станции. Увидев опасность, находившиеся в поезде поспешили дать сигнал к отъезду, не оставшись ни минуты, чтобы захватить с собой бегущих… Путь на Киев был теперь совершенно открыт».

Бой местного значения

Любопытно, что свидетелей боя со стороны «студентов и гимназистов» осталось немало. Просто потому, что никаких «300 спартанцев по-украински» не было и в помине.

А было, если вывести из рассказов свидетелей среднее арифметическое, вот что. Авангард красногвардейцев Муравьева вышел на позиции отряда Гончаренко и был встречен залпами. Не ожидавшие застать здесь противника большевики понесли потери. Какие — неизвестно. Информация о 250-300 погибших не подтверждается ничем.

«Войска Рады», однако, первоначальный успех не развили — командование никаких приказов на сей счет не отдавало. Вскоре к месту событий подошли основные силы Муравьева, а также большевистский бронепоезд. Гончаренко тут же почел за лучшее отступить. Следом позиции покинули и бойцы его отряда. Один студенческий взвод заблудился и попал в плен.

Непосредственно в бою со стороны «героев Крут» погибло, по разным оценкам, от 11 до 18 человек. Взятые в плен впоследствии были расстреляны, чему удивляться не приходится, с учетом того, что как представители Рады обошлись с взятыми в плен участниками восстания на заводе «Арсенал».

Миф для прикрытия немецких штыков

Отряд Муравьева вошел в Киев через четыре дня после подавления восстания на «Арсенале». Центральная Рада к этому времени сбежала в Житомир.

На этом ее история и кончилась бы, если бы в тот же день «украинские патриоты» не подписали сепаратный мир с Германией и Австро-Венгрией, пообещав до 31 июля 1918 года поставить миллион тонн зерна, 400 млн яиц, до 50 тыс. тонн мяса рогатого скота, сало, сахар, пеньку, марганцевую руду в обмен на военную помощь против большевиков.

Центральная Рада вернулась в Киев в марте 1918 года, в буквальном смысле на немецких штыках.

Это, разумеется, никак не походило на акт национально-освободительной борьбы. Историк Грушевский понял: немедленно нужен сюжет про самопожертвование чистых и невинных душ во имя Украины. Ничего, кроме истории про бой под Крутами, под рукой не оказалось, но Грушевский, как человек талантливый, смог этот эпизод раздуть до поистине эпических размеров.

Всего через месяц, в апреле 1918 года патруль германских оккупационных войск разгонит Раду, поставив точку в ее истории.

Глава Рады стал советским академиком, а командир «героев Крут» служил в СС

Эсер Михаил Муравьев, назначенный командующим Восточным фронтом, в июне 1918 года поднимет антибольшевистский мятеж, потерпит поражение и будет убит при попытке ареста.

Глава Рады Михаил Грушевский сначала уедет в Австрию, создаст в Вене Украинский социологический институт, а затем покается перед властями Советской Украины, будет прощен, возвратится в Киев, снова вернется к исторической деятельности. В 1929 году Грушевский был избран действительным членом АН СССР. В начале 1930-х его снова обвинят в контрреволюционной деятельности, но Грушевский успеет умереть своей смертью в 1934 году во время лечения в Кисловодске.

Но интереснее всего, пожалуй, сложилась судьба Аверкия Гончаренко. После боя под Крутами на передовой он более не появлялся, занимая различные канцелярские должности сначала при гетмане Скоропадском, а затем при Петлюре.

После Гражданской войны он осел на Западной Украине, входившей тогда в состав Польши, работал в кооперации, и снова всплыл в 1943 году, во время формирования дивизии СС «Галичина». Гончаренко, которого считали бывалым и опытным офицером, «героем Крут», получил звание гауптштурмфюрера.

В июле 1944 года дивизию «Галичина» впервые бросили в бой в битве за Броды. Украинские эсэсовцы были наголову разбиты советскими войсками. Но Гончаренко и впрямь оказался человеком бывалым, попав в число тех, кто избежал гибели и плена.

Пережив войну, Гончаренко сумел эмигрировать в США, где благополучно дожил до 1980 года, и ушел из жизни, всего полгода не дотянув до 90-летия.

«Ваше Слово»

Ваше слово

Please enter your comment!
Please enter your name here