Жизнь без заброшенных сел и забытых ремесел

Крошечное колечко из серебряной проволоки мастер ловко подхватывает пинцетом и подносит к огню. Капелька расплавленного серебра мгновенно застывает, превращаясь в шарик. Мастер берет следующее колечко и снова подносит к огню. Потом из таких шариков — зерни — составят орнамент, покрывающий рукоятку кинжала, окантовку рога или серебряную накладку на пояс.

«Паять все тоже нужно только серебром. Это самое трудное: греть надо сильно, но очень аккуратно, чтобы узор не расплавился, чтобы все было ровно», — рассказывает Суфьян Занибеков, мастер по художественной обработке металла из Верхней Балкарии — самого дальнего села в Черекском районе КБР.

Его мастерская находится в небольшом флигеле рядом с домом. Здесь же хранятся настоящие музейные экспонаты — старинные орудия земледелия и оружие, найденные на территории села.

«Раньше, до выселения (депортации балкарцев в 1944 году — прим. «Ваше Слово»), в нашем районе было много мастеров, которые делали оружие — ножи, кинжалы, доспехи. Многие находки из нашего села отдали в музей в Нальчике. Думаю, что нам надо в селе свой музей создать — для туристов, чтобы люди, которые к нам приезжают, знакомились с нашей историей», — объясняет мастер.

«Мастера узнают даже через сто лет»

Суфьян Занибеков начал работать с металлом больше 20 лет назад. Первый кинжал — стальной, отделанный серебром, сделал в 1994 году.

«У меня отец был кузнецом. Может быть, от этого у меня эта тяга к металлу. С детства любил оружие, ножи, кинжалы. И рисовал много, интересовался традиционными промыслами… Когда работал в городе, там был один замечательный оружейник Хамзат Башиев, он участвовал в создании костюмов для ансамбля «Балкария». Мне было интересно, я тоже включился в эту работу, начал учиться. А когда отца и матери не стало, вернулся в родное село — не хотел оставлять отчий дом, здесь тоже вполне можно работать», — рассказывает он.

Каждое изделие существует в одном экземпляре, и недостатка в заказчиках у мастера-оружейника из Верхней Балкарии нет. «Сейчас очень многие интересуются этим ремеслом, оружием, сувенирами… Каждый хочет что-то необычное. Много заказчиков из Нальчика, много из Москвы. Я участвую в выставках — в Пятигорске, Ингушетии, в Грозном в «Кавказских играх». Многие заказчики именно после выставок появляются», — говорит Занибеков.

Недавно он закончил работу над кинжалом из дамасской стали с филигранной отделкой серебром. По клинку вьется едва различимый тонкий узор, ближе к рукоятке — собственное клеймо мастера. «От этого клейма многое зависит. По нему можно узнать, кто и откуда все это сделал. Даже сто лет пройдет — люди будут знать, кто мастер!» — объясняет оружейник.

В мастерской можно увидеть настоящие шедевры, которые еще не отправились к заказчикам, — отшлифованные и инкрустированные серебром рога горных туров и яков, пояса, газыри, богато украшенную упряжь для лошади. По словам мастера, на такую упряжь уходит от двух до пяти килограммов серебра, поэтому заказывают их нечасто.

В этом году Занибеков стал членом Союз художников России. Сейчас думает об учениках, только опасается — хватит ли времени: «Это очень трудоемкий процесс. Иногда по два-три месяца работаешь над одним изделием. Но ведь поэтому и ценится ручная работа».

Камень потянул

Дом еще одного жителя Верхней Балкарии, Байрамука Ногерова, облицован камнями, будто разрезанными посредине и сложенными в мозаику. Такой каменной мозаикой украшен забор, ею вымощен внутренний двор, отделаны стены помещений.

На стенах — целые картины из разноцветного камня: волк, воющий на луну, снежный барс, который у балкарцев считается символом храбрости. Здесь есть каменные цветы и деревья, животные и птицы. На особом месте так же, из камня, выложена тамга — родовой фамильный знак мастера.

«Это все натуральный камень, местный. Раньше балкарцы умели его обрабатывать, но только не всякий так мог. А меня камень однажды сам к себе потянул — с тех пор им занимаюсь, много лет уже», — рассказывает Ногеров.

Для мозаики используется внутренняя поверхность расколотого вручную камня — неприметный с виду, внутри он порой оказывается невероятно красивым. Камни, которые пойдут в работу, — белый кварц, речной и горный базальт — мастер ищет сам, порой надолго уходя в горы. С собой берет молоток — единственный инструмент, которым пользуется, чтобы расколоть камень. На просьбу объяснить, как он это делает, отвечает таинственно: «Надо знать, как! Надо с душой относиться к камню. Без этого камень не поддастся».

У Байрамука Ногерова есть крупный замысел: сделать из камня огромный балкарский ковер — кийиз, который «расстелился» бы на большом открытом пространстве и стал бы его подарком республике. Примерные размеры будущего кийиза — 40 метров в длину и 30 в ширину. По словам мастера, местные власти обещали подумать и подобрать подходящее место.

Теплое искусство

Настоящий кийиз — войлочный ковер — делается из овечьей шерсти. Когда-то такие ковры, яркие и теплые, были в каждом кабардинском и балкарском доме. Чтобы получить войлок, выкладывают слой овечьей шерсти, поливают горячей мыльной водой, затем сворачивают в рулон и с усилием катают — «валяют».

«Шерсть разбирали по сортам, красили в разные цвета. Валять ковер надо было долго, чтобы войлок не разошелся… Это старинное балкарское ремесло. Наши старшие так же делали бурки и коврики для пастухов, чтобы им было тепло в горах», — рассказывает Зурият Этезова, одна из старейших мастериц из балкарского села Булунгу.

Зурият всю жизнь хранит, как реликвию, большой красивый кийиз, который она еще в молодости сделала вместе с матерью. «Сейчас в нашем селе таких ковров уже никто не делает… Я могу сделать — это не так трудно, но молодежь не хочет учиться, ленятся. Но я знаю, что в республике занимаются этим, пытаются сохранить наши традиции», — говорит она.

У балкарцев нельзя просто так забросить родительский дом, это не принято. Поэтому у нас нет заброшенных сел

Рамазан Казиев
глава отдела культуры Черекского района Кабардино-Балкарии

«Пока в основном ремеслами занимаются только дома, частным образом. Но уже есть проекты по открытию цехов — например, по пошиву национальной одежды, и я думаю, это получит дальнейшее развитие. В последнее время многие возвращаются в села из города — у балкарцев нельзя просто так забросить родительский дом, это не принято. Поэтому у нас нет заброшенных сел», — объясняет начальник отдела культуры Черекского района Кабардино-Балкарии Рамазан Казиев.

Сохранение и развитие национальных ремесел поддерживается и на республиканском уровне. «В республике создан единый банк мастеров народных промыслов. Созданы и функционируют творческие мастерские, экспериментальные лаборатории… Известные мастера народных промыслов и ремесел получают ежемесячно государственные стипендии, им выделяются площади», — сказали в минкультуры республики.

Источник: «Ваше Слово»

Поделитесь с друзьями!

Ваше слово

Please enter your comment!
Please enter your name here