​Перебежчика, доказывавшего, что СССР не причастен к убийству Кеннеди, пытали в тюрьме ЦРУ.

более 3800 документов, связанных с убийством 35 президента США Джона Кеннеди в 1963 году. Речь идёт о 441 документе из тех, которые ранее были полностью засекречены, а также более 3300, публиковавшихся прежде с купюрами.

Изменник Носенко. Что за агент КГБ рассказывал ЦРУ про убийцу КеннедиСреди опубликованных документов — 17 аудиозаписей интервью с офицером КГБ Юрием Носенко, сбежавшим в США в январе 1964 года.

В СССР Носенко работал с Ли Харви Освальдом: человеком, который, согласно официальной версии, был убийцей-одиночкой, застрелившим Кеннеди.

«Золотой мальчик» советской эпохи

От публикации аудиозаписей не стоит ждать сенсаций: суть откровений Носенко была известна и раньше. Но это отличный повод вспомнить об этом человеке, чьё бегство в своё время наделало немало шума по обе стороны океана.

Юрий Носенко родился в 1927 году в Николаеве, где в то время работал и учился в Изменник Носенко. Что за агент КГБ рассказывал ЦРУ про убийцу Кеннедикораблестроительном институте Иван Носенко, его отец.

Иван Исидорович Носенко — личность легендарная. Бывший батрак при советской власти прошёл путь от простого рабочего до министра судостроительной промышленности СССР. Носенко-старший был одним из создателей советского флота. Иван Исидорович был среди тех руководителей советской промышленности, которых особо выделял сам Сталин.

Иван Носенко ушёл из жизни рано, в возрасте 54 лет. Согласно одной из версий, его сразил сердечный приступ, после того как он узнал о решении Хрущёва сократить ассигнования на строительство новых кораблей для ВМФ СССР.

Юрий Носенко жил как настоящий сын министра: особых проблем не испытывал даже в военные годы, стараниями отца был определён сначала в Нахимовское училище, а затем в Военно-морскую академию. Карьера на флоте, правда, не сложилась, но отец сумел устроить отпрыска в МГИМО, после которого Юрия Носенко взяли на работу в спецслужбы.

Мечты капитана

Носенко работал во Втором главном управлении КГБ СССР, занимавшемся контрразведкой. Юрия определили в Первый отдел, самый элитный, который был нацелен на борьбу с американской агентурой.

«Золотого мальчика» коллеги по контрразведке не любили. Его карьера складывалась уж слишком легко. Пока остальные занимались черновой работой, Носенко направляли в зарубежные командировки, в том числе в капиталистические страны. При этом характеристика на Носенко была, мягко говоря, не самой лестной: «Юрий Носенко — избалованный условиями жизни человек, ведущий себя с сослуживцами высокомерно и грубо, игнорирующий начальника отделения, к тому же склонный к употреблению спиртных напитков. Дружбу Носенко стремится водить с людьми, занимающими высокое положение. Вербовку иностранцев проводил на компрометирующих материалах, ибо для осуществления её на идеологической основе он недостаточно подготовлен».

Смерть отца притормозила карьеру сына. Ивана Носенко похоронили со всеми высшими почестями: урну с прахом замуровали в Кремлёвской стене. Однако те, кто вчера помогал Юрию Носенко, постепенно стали забывать о нём.

Носенко стал тяготиться работой, тем, что «застрял» в звании капитана. Многим со стороны казалось, что его жизнь идеальна, но «золотому мальчику» хотелось большего.

Побег из Женевы

В начале 1964 года Юрий Носенко вылетел в Женеву. Согласно легенде, он являлся членом советской делегации, прибывшей на конференцию по разоружению. На самом деле, по более поздним данным, он должен был принять участие в операции по вербовке иностранца.

Но 4 февраля 1964 года Носенко исчез. А спустя неделю стало известно, что сын советского министра и капитан КГБ объявился в США, где попросил политического убежища. В Москве заподозрили, что Носенко похищен, и потребовали встречи с ним.

Госдепартамент дал советским дипломатам встретиться с Носенко, и те доложили в Москву: на похищение это не похоже, перебежчик принимал решение самостоятельно.

В Москве высшие руководители рвали и метали. Никита Хрущёв потребовал, чтобы имя отца перебежчика было вычеркнуто из всех энциклопедий. В отделе, где работал Носенко, началась «чистка», непосредственный начальник сбежавшего капитана был уволен.

Согласно версии ЦРУ, Носенко сам вышел на связь с американцами, предложив свои услуги. При этом советский офицер напирал на то, что работал с Ли Харви Освальдом во время его пребывания в СССР и может много рассказать о нём. Американцы заинтересовались и вступили в контакт с Носенко. На одной из встреч новый агент неожиданно заявил, что в СССР он попал под подозрение и ему грозит арест. Тогда и был организован побег Носенко.

Заочный приговор в СССР и реальная тюрьма в США

В Москве Юрий Носенко оставил жену и дочь. Летом 1964 года состоялся заочный суд. Военная коллегия Верховного суда СССР вынесла приговор: «Носенко Юрия Ивановича признать виновным в измене Родине и на основании пункта „а“ статьи 64 УК РСФСР подвергнуть смертной казни — расстрелу с конфискацией всего лично ему принадлежащего имущества. На основании статьи 36 УК РСФСР лишить Носенко воинского звания „капитан“ и внести предложение в Президиум Верховного Совета СССР о лишении его правительственных наград. Внести представление председателю Комитета государственной безопасности при СМ СССР о лишении Носенко медали „За безупречную службу III степени“. Приговор обжалованию и опротестованию в кассационном порядке не подлежит». 

В этот момент Юрий Носенко сидел в тюремной камере, правда, не советской, а американской. В ЦРУ посчитали, что офицер КГБ — «двойной агент».

Причиной такого поворота стали как раз показания Носенко, связанные с Ли Харви Освальдом.

Носенко утверждал, что он и другие сотрудники КГБ, работавшие с Освальдом после его появления в Москве, быстро пришли к выводу, что американец — личность неуравновешенная и интереса для спецслужб не представляет. Более того, его даже не хотели оставлять в СССР, но угрозы Освальда совершить суицид заставили власти найти ему жильё и работу в Минске.

Когда заскучавший Освальд, успевший жениться на советской гражданке, заявил о желании вернуться в Америку, его отпустили с лёгким сердцем, считая, что от него проблем больше, чем пользы.

«Я знаю суть дела и подтверждаю, что Советский Союз никоим образом не причастен к убийству президента США и ко всей этой истории!» — заявлял Носенко.

Казнить нельзя, помиловать

Но в ЦРУ ему не поверили. Начальник управления контрразведки ЦРУ Джеймс Джезус Энглтон, имевший собственную теорию о работе советских спецслужб, счёл, что Носенко подослан Москвой.

В отношении перебежчика стали использовать допросы с пристрастием, по некоторым данным, применяли даже психотропные препараты. Носенко продолжал утверждать, что говорит правду.

В заключении Носенко провёл больше четырёх лет. Полтора года его держали в бетонной камере с железной кроватью и матрацем под круглосуточным наблюдением, лишив прогулок. Периодически начинались допросы, на которых от перебежчика требовали «во всём сознаться».

В конечном итоге мнения о том, что делать с Носенко, разошлись: часть сотрудников ЦРУ предлагала ему поверить, другая часть считала нужным избавиться, отправив в клинику для душевнобольных либо просто ликвидировав.

Победила первая точка зрения. Перед Носенко извинились, выдали новые документы и зачислили в штат ЦРУ в качестве консультанта, заплатив компенсацию в 130 тысяч долларов.

До сих пор неясно, насколько серьёзным был ущерб, нанесённый предательством Носенко. Одни полагают, что его откровения привели к срыву сотен операций КГБ. Другие уверены, что польза, полученная ЦРУ от сотрудничества с Носенко, была минимальной.

«Недостоверный источник» с предсмертной благодарностью

В семидесятых Носенко привлекали в качестве свидетеля к работе Специальной комиссии по политическим убийствам Палаты представителей Конгресса США, которая вновь изучала обстоятельства гибели президента Джона Кеннеди. Перебежчик продолжал настаивать на том, что Ли Харви Освальд не был агентом КГБ и советские спецслужбы к выстрелам в Далласе отношения не имеют. Но выводы Комиссии не отличались от первоначальных выводов ЦРУ: Носенко даёт «ложные сведения» и является «недостоверным источником».

О его дальнейшей жизни в США мало что известно: Носенко проживал под чужим именем, а место его жительства считалось строжайшей тайной.

В августе 2008 года газета The Washington Post сообщила, что Юрий Носенко умер в «одном из южных штатов после тяжёлой болезни». Сообщалось также, что за несколько недель до кончины к нему в больницу приехали несколько влиятельных сотрудников ЦРУ, вручив ему флаг США и благодарственное письмо от директора ЦРУ Майкла Хэйдена.

Но даже спустя десять лет историки спецслужб так и не могут сойтись во мнении о том, кем же всё-таки был Юрий Носенко: реальным перебежчиком или советским «кротом».

С уверенностью можно говорить об одном: он не врал американцам относительно Ли Харви Освальда. За более чем полвека, прошедшие со времени убийства в Далласе, не появилось ни одного весомого доказательства, указывающего на причастность к убийству Кеннеди советских спецслужб.

«Ваше Слово»

Ваше слово

Please enter your comment!
Please enter your name here