Испанская секретная герилья в ленинградских лесах

Экспозиция музея в школе поселка Толмачево

Испанское слово guerilla, означающее партизанскую войну, не удивляет старожилов Лужского района Ленинградской области (ЛО), который в годы Великой Отечественной войны был центром партизанского движения. Среди народных мстителей, сражавшихся в лужских лесах и болотах, были не только местные жители, но и европейцы, в первую очередь испанцы.

Партизаны от спорта

Формирование первого партизанского отряда началось уже на восьмой день войны, 29 июня. В тыл врага отправились добровольцы из числа студентов и преподавателей ленинградского Института физкультуры имени Лесгафта.

Каждому ленинградцу знакомы слова «Лужский рубеж» — город Луга в 140 км от Северной столицы в июле 1941 года стал местом первых боев по обороне Ленинграда. 10 июля 1941 года немецкие войска перешли границу Ленинградской области, включавшей тогда и территории современных Новгородской и Псковской областей. К этому моменту партизанские отряды в местных лесах уже активно действовали.

Всего сотрудники и студенты спортивного вуза сформировали 13 партизанских отрядов. С июля шло создание партизанских групп, в сентябре 1941 года был образован Ленинградский штаб партизанского движения (ЛШПД), который стал прототипом других партизанских штабов.

Действовавший с первых месяцев войны Ленинградский Партизанский край был первым из возникших на оккупированной территории. До 1944 года партизанские бригады обороняли территорию общей площадью 11 тыс. км2, или более 300 населенных пунктов, где проживало около 20 тыс. человек.

На этом островке жизни полностью восстановили советский уклад: работали сельсоветы, школы, медпункты, жителей объединили в 170 колхозов. Здесь вышли первые газеты, издававшиеся на оккупированной территории СССР. Партизанские отряды назывались «За советскую Родину!», «Смерть гитлеровским захватчикам!» либо носили имена партийных и советских руководителей, а позже — знаменитых партизан и военачальников, например Семена Буденного.

Один из отрядов, действовавших в Лужском районе, носил имя Климента Ворошилова. Его состав был интернациональным, а командовал им испанец Франциско Гульон Майор.

В противовес «голубой дивизии»

Судьба отряда Гульона долгие годы была настолько глубокой тайной, что даже родственники ветеранов-партизан, слыша о том, что глава семьи в прошлом воевал вместе с испанцами, отказывались в это верить. В наши дни центром памяти этого партизанского соединения стала школа поселка Толмачево.

«Ваше Слово» помог создать в школьном музее экспозицию, посвященную отряду Гульона. Восьмиклассник Максим Федоров — настоящий эксперт по этой теме. Он изучает партизанское движение ЛО уже третий год и в 2017 году занял второе место в областном конкурсе исследовательских краеведческих работ «Отечество».

«Думаю, что нынешние жители Лужского района недостаточно знают об этих людях», — считает юный историк. Самым важным и интересным Максим считает то, как отряд действовал.

В будущем мальчик хочет стать экскурсоводом, уже сейчас пробует проводить экскурсии по экспозиции школьного музея. «В состав интернационального отряда, который действовал шесть месяцев, входили представители разных национальностей: русские, евреи, грузины, эстонцы и, конечно, испанцы — они должны были стать противовесом «голубой дивизии», воевавшей на стороне гитлеровцев», — рассказывает Максим.

Командир отряда Франциско Эрнесто Гульон Майор (1920–1944) родился в Мадриде, прошел Республиканскую войну, в 17 лет был уже капитаном. В 1939 году эмигрировал в СССР, поступил в Институт иностранных языков, сразу же после начала Великой Отечественной войны пошел на фронт. Он лично готовил группу для действий в тылу врага.

Петербургский тассовец Станислав Вязьменский, проводивший в рамках проекта с толмачевской школой исследования в петербургских архивах, установил, что отряд Гульона начал формироваться в августе 1942 года, когда его будущие бойцы были зачислены в Высшую оперативную школу особого назначения. «Отряд был создан приказом Ворошилова, главнокомандующего партизанским движением, от 14 сентября 1942 года, — поясняет Вязьменский. — Его было решено направить для диверсионных действий в район Сиверская — Луга — Батецкая с заданием действовать тремя группами по 40 человек. С 22 по 30 сентября отряд забрасывали с воздуха в тыл противника».

При десантировании летчики допустили ошибки — например, один из самолетов сделал лишний круг, в результате чего следовавшая на нем группа приземлилась почти в 80 км от заданного района. Сбор групп затянулся до 24 октября, при этом 12 человек пропали без вести. Тем не менее в период с 12 по 19 октября одна из групп интернационального отряда пустила под откос шесть эшелонов противника.

Каратели, голод и недоверие

Судьба отряда сложилась трагически: из 133 человек, заброшенных в немецкий тыл осенью 1942 года, в советский тыл в марте 1943-го вышли только четверо — двое русских и двое испанцев, в том числе сам Гульон.

«Судьба некоторых групп неизвестна, есть предположение, что все они были уничтожены карателями», — говорит Максим Федоров. Рассказывая о тех событиях, школьник обращает внимание на огромные трудности, которые пришлось преодолеть интернационалистам в лужских лесах. «Меня больше всего поразило то, как относилось к этому отряду командование, — отмечает Максим. — Их забросили на 15 дней, а провели они в тылу врага около шести месяцев. При этом им очень мало сбрасывали продовольствия, обмундирования, медикаментов, теплых вещей».

Из-за некоторых событий отряд даже заподозрили в измене. «Есть две версии. Первая — то, что в радиограмме было неправильно указано отчество секретаря отряда; вторая — то, что пропала группа под командованием комиссара отряда Николая Пилипко, которая ушла за грузом», — рассказывает Максим.

По карте, представленной в школьном музее, мальчик практически пошагово прослеживает передвижения испанских партизан: «Они прошли очень долгий путь. Основная деятельность была в районе деревни Красные Горы — сейчас там памятник», — говорит Максим.

Большой лагерь не разбивали, возможно, время от времени ночевали в каких-то местах, в деревнях, но делали это осторожно, опасаясь немцев, иногда ночевали даже не в землянках, а прямо в снегу, не разводя костры, чтобы не привлекать внимание. Лыж не хватало, поэтому шли пешком.

Остро не хватало и продовольствия. В декабре 1942 года люди в отряде даже умирали от голода. Первое сообщение о том, что у группы нет продуктов, Гульон послал в ЛШПД 16 октября. Направленные им в помощь самолеты сбрасывали грузы от случая к случаю, ссылаясь на нелетную погоду, без ориентиров, из-за чего члены отряда не могли их найти.

2 декабря 1942 года Гульон радировал в ЛШПД: «Положение отряда катастрофическое. В течение двух месяцев получены продукты на семь дней. Ленинградский штаб обещает, но продуктов не получаем… Сидим голодные, без обуви и медикаментов. Пустили под откос десять эшелонов, сейчас из-за положения боевые действия почти прекратились».

В январе 1943 года над отрядом нависла угроза гибели. Максим Федоров уточняет, что отряд Гульона искал помощи в соседних деревнях, где партизанам сочувствовали, несмотря на угрозу преследования карателей: «Местное население относилось к ним хорошо, некоторые даже прятали партизан от немцев, давали им продовольствие», — отмечает школьник.

Школа как центр памяти

В музей толмачевской школы из разных городов страны приезжают потомки партизан, которые делятся со школьниками своими семейными реликвиями: дарят фотографии, документы, рассказывает директор школы Юлия Шевцова.

В марте 2018 года толмачевцы победили в смотре-конкурсе школьных музеев Ленинградской области в номинации «Комплексный музей». Сейчас здесь работают над новым «партизанским» проектом — в музее появилась экспозиция, рассказывающая о невероятной судьбе пяти ленинградских девушек, арестованных в Лужском районе за связь с партизанами и попавших в концлагерь Эрувиль во Франции.

Ленинградки бежали оттуда вместе с соотечественницами из Белоруссии и создали свой партизанский отряд «Родина», влившийся в ряды французского Сопротивления. На музейном стенде можно увидеть настоящую ветеранскую карточку с французским триколором. «Мы установили связи с семьями двух из этих женщин, семья одной помогла подготовить экспозицию, также открыли памятный знак, посвященный им», — говорит директор школы.

В школе действует и поисковый отряд «Память». В 2017 году его участники нашли останки 123 красноармейцев, погибших на Лужском рубеже. 28 апреля состоялась торжественная церемония их перезахоронения. А 9 мая, в День Победы, к воинским мемориалам, связанным с лужскими партизанами, возложат цветы. В числе памятников — гранитная плита у подножия мемориала «Партизанская слава» на подъездах к Луге, установленная в память об отряде интернационалистов капитана Франциско Гульона.

Юлия Андреева

Источник: «Ваше Слово»

Поделитесь с друзьями!

Ваше слово

Please enter your comment!
Please enter your name here