В ночь с 7 на 8 апреля 1978 советский дипломат Аркадий Шевченко, заместитель генсека ООН, попросил убежища в США.

Утром 8 апреля 1978 года супруга заместителя генерального секретаря ООН Аркадия Шевченко Лина обнаружила, что мужа нет дома. Уходя, он оставил записку, из которой следовало: Аркадий намерен просить политического убежища у американцев и предлагает ей поступить так же.

Лина Шевченко отказывалась верить в происходящее. Она была убеждена, что это провокация и мужа выкрали насильно.

Посол СССР в США Анатолий Добрынин и постоянный представитель СССР при ООН Олег Трояновский готовы были поверить в эту версию и добивались от американцев встречи с Шевченко. Но по тому, как легко представители США согласились на встречу, стало понятно: советский дипломат действительно стал перебежчиком. На встрече Аркадий Шевченко еще раз подтвердил: свой выбор он сделал добровольно.

В истории советской дипломатии не была дня позорнее. Никогда еще предателем не становился дипломат высшего ранга. А ведь Шевченко пользовался расположением самого могущественного главы МИД Андрея Громыко.

  • / Макс Альперт

  • / Петров

  • / Dutch National Archives, The Hague, Fotocollectie Algemeen Nederlands Persbureau (ANeFo)

  • / Юрий Абрамочкин

  • / Сергей Гунеев

  • / Алексей Бойцов

Аркадий плюс Лина

Аркадий Шевченко родился на Донбассе, в Горловке. Когда ему было пять, семья перебралась в Евпаторию. Парень оказался чрезвычайно талантливым, легко усваивал иностранные языки, что помогло ему, провинциалу, в 1949 году поступить в престижнейший Московский государственный институт международных отношений.

Однажды на студенческой вечеринке он познакомился с высокой эффектной красавицей с роскошным именем Леонгина. Друзья и близкие звали девушку Линой, и вскоре так ее стал называть и Аркадий. Бурный роман закончился свадьбой, а затем и рождением сына. После этого Лина ушла из института, решив, что будет заниматься семьей и всеми силами помогать карьере мужа.

Анна Ксаверьевна, мать Лины, обожала зятя. Предприимчивая сотрудница советской торговли, она обеспечивала быт молодой студенческой семьи.

Много лет спустя в книге, которую Аркадий Шевченко выпустит в США после побега, он так напишет о теще: «С первых же дней нашего брака ее сокровенной мечтой было видеть меня в верхнем эшелоне власти в Советском Союзе».

Мечты сбываются

С такими тылами Аркадий действительно мог сосредоточиться на карьере. В 1956 году он начал работу в Отделе международных организаций МИД СССР. Трудолюбие Шевченко быстро оценили начальники, но для продвижения по карьерной лестнице этого было мало.

Но у Шевченко были и другие козыри. Еще в вузе он подружился с Анатолием Громыко, сыном советского дипломата Андрея Громыко, чье имя к тому времени было уже известно на весь мир. Шевченко бывал в доме семьи Громыко, что выделило его среди других молодых дипломатов.

Нужные связи для мужа создавала и Лина. Финансовые возможности Анна Ксаверьевны позволяли делать дорогие презенты тем, от кого зависела судьба дипломата Шевченко.

Шаг за шагом, год за годом он поднимался все выше и выше. Одна за другой следовали длительные командировки в Женеву и  Нью-Йорк. В 1970 году он стал советником министра иностранных дел Андрея Громыко. А в 1973 году Аркадий Шевченко  был назначен на должность заместителя генерального секретаря ООН по политическим вопросам и делам Совета Безопасности ООН в ранге чрезвычайного и полномочного посла СССР. До него ни одному советскому дипломату не удавалось добраться до таких высот в 43 года.

Лина Шевченко была счастлива: ее мечты о блестящем будущем мужа сбылись. Вместе они ездили в длительные командировки за рубеж, а в СССР у них была роскошная четырехкомантная квартира и прекрасная дача в Подмосковье. Супруга дипломата стала собирать антиквариат. Коллекция пополнялась как за счет личных приобретений, так и благодаря подаркам, которые делали мужу. Теперь уже не Аркадий искал расположения сильных мира сего, а его многие хотели видеть своим покровителем.

Жертва «медовой ловушки»?

Закономерным образом возникает вопрос: чего же ему не хватало?

Сам Аркадий Шевченко в своей книге, написанной в США, объяснял это так: «Стремиться к новым благам становилось скучно. Надеяться, что, поднявшись еще выше, я смогу сделать что-нибудь полезное, было бессмысленным. А перспектива жить внутренним диссидентом, внешне сохраняя все признаки послушного бюрократа, была ужасна. В будущем меня ожидала борьба с прочими членами элиты за большой кусок пирога, постоянная слежка КГБ и беспрестанная партийная возня. Приблизившись к вершине успеха и влияния, я обнаружил там пустыню».

Сын Шевченко Геннадий комментировал этот спич отца так: «Эти слова были написаны много лет спустя после побега, а незадолго до своего назначения послом в ООН отец подарил мне в 1972 г., в день двадцатилетия, полное собрание сочинений В. И. Ленина с надписью: „Сыну Геннадию. Живи и учись по-ленински“».

Люди, работавшие с Шевченко, считают, что, добравшись до самых высот дипломатической карьеры, он, что называется, расслабился. Алкоголя в его жизни становилось все больше, и другому такое поведение бы не сошло с рук. Но дружеские связи с семьей Громыко помогали: на выходки дипломата закрывали глаза.

Кроме выпивки в жизни Шевченко стали возникать амурные истории. По мнению представителей советских спецслужб, одна из них закончилась попаданием в «медовую ловушку»: ЦРУ подложило ему в постель даму, засняв любовные утехи дипломата со своим агентом.

«Ваш отец нанес больший ущерб, чем полковник Пеньковский»

Шевченко утверждал, что все было не так: он просто хотел остаться в Америке, обратившись за помощью к представителю США при ООН. Тот свел его с человеком, который мог помочь.

Человек оказался агентом ЦРУ, который пояснил дипломату, что ничего бесплатного в этом мире нет и свое место в США Шевченко должен заработать. Так заместитель генерального секретаря ООН стал информатором ЦРУ.

Работал Шевченко на совесть: сдал всех сотрудников КГБ под прикрытием, которых знал, заранее информировал американцев о том, какой позиции будет придерживаться советская сторона на тех или иных переговорах, «сливал» сведения о разногласиях в высшем советском руководстве.

Приглашая коллег, прибывавших в Нью-Йорк, на посиделки в ресторан, Шевченко в разговорах выуживал самую свежую информацию из Москвы.

Геннадий Шевченко в 2003 году вспоминал: «Полковник КГБ М. И. Курышев, начальник службы безопасности МИД СССР, сказал мне: „Ваш отец нанес СССР больший ущерб, чем полковник ГРУ О. Пеньковский, работавший на ЦРУ и английскую разведку“».

Версия резидента Дроздова

Еще в 1975 году новый резидент КГБ в Нью-Йорке Юрий Дроздов докладывал в Москву: у американцев появился информатор среди советских дипломатов в ООН.

Дроздов вспоминал: «Выдали нам Шевченко сами же американцы задолго до его ухода к ним. Ведь это они, нарушив свои же собственные правила работы с агентурой, изложенные в инструкции „Об агентурном проникновении в организации и объекты, представляющие оперативный интерес“, изменили его образ жизни, дав ему повод жить, нарушая финансовую дисциплину нашего представительства, поместили в Майами на несколько дней в роскошном номере гостиницы, стоимость которого была ему явно не по карману. Он стал пить, уклоняться от работы, вести себя на совещаниях вызывающе, иногда впадал в состояние необъяснимого страха, депрессии. Мы замечали разницу в отношении к Шевченко сотрудников секретариата ООН и американской стороны. Ни его действия, ни его слова не давали повода называть его „сталинистом“, тут был заметный перебор, что и настораживало еще больше».

Прямых улик не было, но Дроздов доложил о своих подозрениях, предложив отозвать Шевченко в Москву во избежание нежелательных последствий.

Глава МИД СССР Андрей Громыко сотрудников спецслужб не любил и мер не принял, посчитав сведения наговором. А постоянный представитель СССР в ООН Олег Трояновский и вовсе наорал на Дроздова, заявив, что тот возрождает 1937 год и за клевету ему придется извиняться. Дроздов не испугался и напомнил: если что-то случится, то отвечать придется и Трояновскому.

Побег

Руководство Дроздова в Москве приказало: оставить Шевченко в покое. Но упрямый резидент продолжал сообщать о все новых и новых фактах, свидетельствующих, что заместитель генсека ООН связан с американцами.

Весной 1978 года игнорировать информацию стал невозможно и Шевченко решили отозвать в Москву «для консультаций». Возможно, он и улетел бы в СССР, но, встретившись с приятелем, который только что прибыл в США, дипломат узнал, что ни о каких консультациях в МИД ничего неизвестно. Поняв, что его арестуют, в ночь с 7 на 8 апреля 1978 года он бежал.

Для Лины Шевченко предательство мужа оказалось страшным ударом. Следовать за Аркадием она отказалась категорически. Для нее главным было не то, что он изменил Родине, а то, что муж предал ее, сына и дочь.

Геннадий Шевченко к тому времени уже сам делал успешную дипломатическую карьеру. 9 апреля 1978 года его, находившегося в загранкомандировке, срочно отозвали в Москву. Там он и узнал о поступке отца.

Геннадий Шевченко.

Геннадий Шевченко. Фото:

«Я не смогла поступить иначе»

Аркадий Шевченко утверждал, что с его женой в СССР расправились: «Когда она поняла, что я не вернусь домой, а ей никогда не позволят выехать в США, она, вероятно, излила свой гнев не на тех людей. Очень может быть, что она угрожала раскрыть известные ей малоприятные секреты из жизни высокопоставленных официальных лиц. Если это так, она стала угрозой для чьих-то карьер и, соответственно, сделалась кандидатом на уничтожение. Могли ли они убить ее в целях самозащиты, а заодно – чтобы наказать и меня? Я склонен думать, что так оно и есть».

Но сын перебежчика Геннадий Шевченко эту версию опровергает. Никто счетов с членами семьи не сводил. Однако Лина Шевченко, посвятившая жизнь мужу, пережить происшедшее не смогла. В мае 1978 года ее дочь нашла в квартире записку: «Дорогой Анютик! Я не смогла поступить иначе. Врачи тебе все объяснят. Жаль, что бабушка не позволила мне умереть дома». Поиски женщины, к которым были привлечены сотрудники КГБ, поначалу ничего не дали. Сын нашел тело матери дома, в глубине большого стенного шкафа, за одеждой. Леонгина Иосифовна Шевченко покончила с собой.

«Громыко поручил начальнику Управления делами МИД организовать похороны на Новокунцевском кладбище (это филиал Новодевичьего). На похоронах мамы присутствовали родственники, представители МИД и КГБ. Был исполнен гимн Советского Союза», — вспоминал в интервью «АиФ» Геннадий Шевченко.

Заочный приговор и три дома в Америке

В Советском Союзе Аркадий Шевченко был заочно приговорен к смертной казни за измену Родине. Но на его жизни в США это никак не сказалось. Дела у него шли отлично. Он получил пост профессора университета, хорошо зарабатывал на платных лекциях, а книга «Разрыв с Москвой» принесла ему около миллиона долларов. Всего через полгода после смерти Лины Шевченко женился на американской журналистке.

В конце восьмидесятых — начале девяностых Аркадий Шевченко стал давать интервью российским СМИ. В них он сетовал на то, что, мол, не дождался изменений в стране, когда побег не имел бы уже смысла. Кстати, в СССР к моменту его бегства Андрей Громыко готовил для своего любимца пост заместителя министра.

Правда, репортеры полагали, что Шевченко грех сетовать на жизнь. Артем Боровик даже пошутил, что по сравнению с домом Шевченко дача Горбачева в Форосе выглядит как сарай. При этом к 1991 году бывший советский  дипломат владел тремя домами. Со временем в США перебрались и дети Шевченко.

Агент по имени «цирроз»

Последние годы жизни бывшего заместителя генсека ООН получились довольно мрачными. После смерти в 1990 году второй жены Шевченко ударился в религию, став прихожанином Храма святого Иоанна Предтечи в Вашингтоне. Настоятель храма познакомил его с эмигранткой из России Натальей Осининой. Женщина была моложе Аркадия на 23 года, у нее была четырнадцатилетняя дочь, но это не помешало Шевченко жениться в третий раз.

Злые языки утверждают, что Наталью перебежчику «сосватали» российские спецслужбы. Всего  за несколько лет она полностью промотала состояние мужа. В 1996 году Шевченко оформил развод и был вынужден объявить себя банкротом. Предприимчивая дама через суд требовала от мужа платить ей половину пенсии, назначенной ЦРУ своему бывшему агенту.

Доживал свой век дипломат в однокомнатной квартире, снятой для него дочерью. 28 февраля 1998 года она нашла отца мертвым. Убийцей изменника Родины стал не агент Москвы, а цирроз печени.

 

«Ваше Слово»

Ваше слово

Please enter your comment!
Please enter your name here